(no subject)
Feb. 18th, 2026 01:19 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
kaffeesahneСнова накопилось спектаклей
Циники, театр на Юго-Западе
Этот спектакль мы посмотрели еще в конце декабря, последний спектакль прошлого года.
Напоминает Зойкину квартиру там же – хороший спектакль, паршивое время. Отличная актерская игра – казалось бы, мы хорошо знаем этот театр и его актеров, большинство видели на сцене не один, не два и не три раза. И все равно каждый раз удивляемся, как хорошо они играют. То же самое со светом, казалось бы, там и технически-то не такое большое пространство для маневра, но свет всегда удивительный. Декораций практически нет, но то, что есть, очень красиво.
История какая-то неприятно близкая: странное и страшное время, привычный мир разрушен, а герои… а они живут. Ту свою единственную жизнь, которая у них есть, как могут и как получится. С влюбленностью, с грязью, цинично, нежно, расчетливо, ужасно бестолково… как люди. Хороший спектакль, но тяжелый.
***
Пара спектаклей в театре «Своя радуга» в Подольске. Занесло нас туда как, собственно, всегда – за режиссером. Максим Метельников из театра на Юго-Западе поставил у них пару спектаклей. Чтоб вы понимали: Анна Каренина, где он играет Вронского, в моем личном рейтинге один из лучших спектаклей позапрошлого сезона, а поставленный им Мой бедный Марат – прошлого, так что метнуться посмотреть, что он еще сделал, в ближайшее Подмосковье – вообще не вопрос.
Сам этот театр – маленький, на третьем этаже жилого дома, вывеска пункта выдачи ВБ над входом в подъезд заметнее, чем объявление о том, что тут театр. Я так и не поняла, театр профессиональный, любительский или, может быть, смешанный, но вообще очень милый. Единственный минус – в зале практически нет подъема, там его физически невозможно сделать, так что из задних рядов видно плохо.
Женитьба
Понятно, что на этом материале особых глубин не накопаешь, ну и не надо, не все же копать глубины. Веселый, такой, знаете, классически-водевильный, нарядно-костюмный, беззатейно смешной. Такой, знаете, не чтобы у тебя все в душе перевернулось, а честный добротный развлекательный спектакль. Стихи там вставлены очень уместно, и внезапно измененный финал порадовал. Как-то очень хочется счастливых финалов.
Если сильно захочется придраться, мне было заметно, что режиссер привык работать в театре, где из реквизита обычно ничего плюс воображение зрителя, а актеры – не привыкли. Вот в Марате, помню, мы с Ксой обсуждали, мол, помнишь граненые стаканы, из которых они пьют? – Стаканы? Вроде рюмки были, нет? – Да не, я точно помню, были стаканы… так, стоп. Не было там стаканов, и рюмок не было, они их только изображали. А вот тут Агафья Тихоновна как бы гадает на картах, но карт нет – и прямо бросается в глаза, что нет их, карт-то. Должны быть, а нету. Впрочем, я не уверена, что другим зрителям это было так же заметно, как мне. Если прямо вот вообще совсем придираться, Агафья Тихоновна своей игрой выбивается из общего ряда. Остальные все очень хорошо дают такую, знаете, театральную нарочитость, почти гротеск, то, что вне сцены смотрелось бы странно, а на сцене – как родное. А у нее получается просто фонтан эмоций, не про сцену, а про пустырничка бы. Но тут я, конечно, предвзята, потому что, конечно, идеальная Агафья Тихоновна играет на Юго-Западе.
***
Лодочник
Это с одной стороны как бы такой театр абсурда, а с другой – как бы такая притча. Притча довольно простая, добрая и наивная, пожалуй, даже и нарочито наивная. Костюмы, немного напоминающие утренник в детском саду, главный герой незатейливый, как три копейки, и при этом – оно все какое-то очень славное. И несмотря на простоту, затягивающее. Кажется, я успела полюбить театр абсурда. Очень хорошо сыграно.
Единственная печаль – тот самый плохой подъем. А существенная часть спектакля играется то ли сидя, то ли лежа на полу. Я даже не знаю, сидя или лежа, потому что в эти моменты из моего седьмого что ли ряда было видно ни-че-го. Какое-то смутное шевеление где-то над чужими макушками в лучшем случае. Это было прямо досадно.
На этот спектакль мы, возможно, даже сходим во второй раз, у меня как-то не очень получилось его описать, но он правда хороший. Но только в первый ряд.
***
Натан Мудрый, реж. П. Шерешевский, театр Шалом
Это, конечно, совсем другая весовая категория, бессмысленно сравнивать.
Роскошный спектакль. Очень красивый, совершенно особенной красотой, которую тебе создают и показывают там, где ее, казалось бы, быть совсем уж никак не может. Крупные планы на большом экране, создающие дополнительное измерение в пространстве сцены и позволяющие оценить мелкие детали. Общая многоплановость и многогранность: о чем этот спектакль? О трех религиях? О власти? Просто о людях? О переработке автомобильных шин, в конце-то концов? Прелестные анахронизмы, множественные цитаты и отсылки, невероятные совершенно музыкальные номера. Разумеется, актерская игра – хороши все, особенно все. И то, что Шерешевский делает с тобой в финале, я вот сейчас специально пытаюсь вспомнить, мне кажется, именно так, как он, это не умеет делать никто – когда тебя в конце спектакля просто накрывает волной, раскатывает и пересобирает, вроде, и догадываешься, что все идет именно к этой развязке, и все равно можешь только счастливо выдохнуть: «Вау». Очень круто.
Циники, театр на Юго-Западе
Этот спектакль мы посмотрели еще в конце декабря, последний спектакль прошлого года.
Напоминает Зойкину квартиру там же – хороший спектакль, паршивое время. Отличная актерская игра – казалось бы, мы хорошо знаем этот театр и его актеров, большинство видели на сцене не один, не два и не три раза. И все равно каждый раз удивляемся, как хорошо они играют. То же самое со светом, казалось бы, там и технически-то не такое большое пространство для маневра, но свет всегда удивительный. Декораций практически нет, но то, что есть, очень красиво.
История какая-то неприятно близкая: странное и страшное время, привычный мир разрушен, а герои… а они живут. Ту свою единственную жизнь, которая у них есть, как могут и как получится. С влюбленностью, с грязью, цинично, нежно, расчетливо, ужасно бестолково… как люди. Хороший спектакль, но тяжелый.
***
Пара спектаклей в театре «Своя радуга» в Подольске. Занесло нас туда как, собственно, всегда – за режиссером. Максим Метельников из театра на Юго-Западе поставил у них пару спектаклей. Чтоб вы понимали: Анна Каренина, где он играет Вронского, в моем личном рейтинге один из лучших спектаклей позапрошлого сезона, а поставленный им Мой бедный Марат – прошлого, так что метнуться посмотреть, что он еще сделал, в ближайшее Подмосковье – вообще не вопрос.
Сам этот театр – маленький, на третьем этаже жилого дома, вывеска пункта выдачи ВБ над входом в подъезд заметнее, чем объявление о том, что тут театр. Я так и не поняла, театр профессиональный, любительский или, может быть, смешанный, но вообще очень милый. Единственный минус – в зале практически нет подъема, там его физически невозможно сделать, так что из задних рядов видно плохо.
Женитьба
Понятно, что на этом материале особых глубин не накопаешь, ну и не надо, не все же копать глубины. Веселый, такой, знаете, классически-водевильный, нарядно-костюмный, беззатейно смешной. Такой, знаете, не чтобы у тебя все в душе перевернулось, а честный добротный развлекательный спектакль. Стихи там вставлены очень уместно, и внезапно измененный финал порадовал. Как-то очень хочется счастливых финалов.
Если сильно захочется придраться, мне было заметно, что режиссер привык работать в театре, где из реквизита обычно ничего плюс воображение зрителя, а актеры – не привыкли. Вот в Марате, помню, мы с Ксой обсуждали, мол, помнишь граненые стаканы, из которых они пьют? – Стаканы? Вроде рюмки были, нет? – Да не, я точно помню, были стаканы… так, стоп. Не было там стаканов, и рюмок не было, они их только изображали. А вот тут Агафья Тихоновна как бы гадает на картах, но карт нет – и прямо бросается в глаза, что нет их, карт-то. Должны быть, а нету. Впрочем, я не уверена, что другим зрителям это было так же заметно, как мне. Если прямо вот вообще совсем придираться, Агафья Тихоновна своей игрой выбивается из общего ряда. Остальные все очень хорошо дают такую, знаете, театральную нарочитость, почти гротеск, то, что вне сцены смотрелось бы странно, а на сцене – как родное. А у нее получается просто фонтан эмоций, не про сцену, а про пустырничка бы. Но тут я, конечно, предвзята, потому что, конечно, идеальная Агафья Тихоновна играет на Юго-Западе.
***
Лодочник
Это с одной стороны как бы такой театр абсурда, а с другой – как бы такая притча. Притча довольно простая, добрая и наивная, пожалуй, даже и нарочито наивная. Костюмы, немного напоминающие утренник в детском саду, главный герой незатейливый, как три копейки, и при этом – оно все какое-то очень славное. И несмотря на простоту, затягивающее. Кажется, я успела полюбить театр абсурда. Очень хорошо сыграно.
Единственная печаль – тот самый плохой подъем. А существенная часть спектакля играется то ли сидя, то ли лежа на полу. Я даже не знаю, сидя или лежа, потому что в эти моменты из моего седьмого что ли ряда было видно ни-че-го. Какое-то смутное шевеление где-то над чужими макушками в лучшем случае. Это было прямо досадно.
На этот спектакль мы, возможно, даже сходим во второй раз, у меня как-то не очень получилось его описать, но он правда хороший. Но только в первый ряд.
***
Натан Мудрый, реж. П. Шерешевский, театр Шалом
Это, конечно, совсем другая весовая категория, бессмысленно сравнивать.
Роскошный спектакль. Очень красивый, совершенно особенной красотой, которую тебе создают и показывают там, где ее, казалось бы, быть совсем уж никак не может. Крупные планы на большом экране, создающие дополнительное измерение в пространстве сцены и позволяющие оценить мелкие детали. Общая многоплановость и многогранность: о чем этот спектакль? О трех религиях? О власти? Просто о людях? О переработке автомобильных шин, в конце-то концов? Прелестные анахронизмы, множественные цитаты и отсылки, невероятные совершенно музыкальные номера. Разумеется, актерская игра – хороши все, особенно все. И то, что Шерешевский делает с тобой в финале, я вот сейчас специально пытаюсь вспомнить, мне кажется, именно так, как он, это не умеет делать никто – когда тебя в конце спектакля просто накрывает волной, раскатывает и пересобирает, вроде, и догадываешься, что все идет именно к этой развязке, и все равно можешь только счастливо выдохнуть: «Вау». Очень круто.
